Сестра мужа забрала мою одежду — «ей нужнее

— Лень, ты случайно не видела мою новую блузку? Бежевую, с воротником? — я перебирала вешалки в шкафу, чувствуя растущее недоумение.

— Какую? — муж оторвался от телефона, лениво зевая.

— Ну которую я на прошлой неделе купила. За восемь тысяч. Помнишь, я тебе показывала?

Леонид пожал плечами и снова уткнулся в экран. Я продолжила поиски, но блузки не было. Исчезли также новые джинсы и любимый кашемировый свитер. Странное чувство начало закрадываться в душу — вещи не растворяются в воздухе.

Квартира наша небольшая, двушка на окраине. Живем вдвоем с Леонидом уже третий год. Я работаю менеджером в страховой компании, муж — в логистике. Зарабатываем неплохо, но каждая покупка планируется заранее.

— Может, в стирку бросила и забыла? — предположил Леонид, так и не поднимая головы.

— Я не забываю такие вещи, — отрезала я, продолжая осмотр шкафа.

Тут мне пришло сообщение от подруги: фотография из соцсетей. На снимке красовалась Викторияː сестра моего мужа, в моей бежевой блузке.

Я уставилась в экран, не веря своим глазам. Текст под фото гласилː «Обновила гардероб! Спасибо за подарочек».

— Леонид! — мой голос прозвучал резче, чем я планировала.

— М-м-м?

— Твоя сестра забрала мои вещи?

Он наконец оторвался от телефона, но выражение его лица оставалось непроницаемым.

— Вика? Да брось, зачем ей твои вещи?

Я сунула ему телефон под нос. Леонид прищурился, разглядывая фотографию.

— Ну… похожая блузка. Может, она себе такую же купила?

— Леня, у этой блузки пятно от кофе на манжете. Я его не успела вывести. Видишь? Вот оно, на фото!

Муж заерзал на диване.

— Слушай, может, ты ей действительно подарила и забыла?

— Что?! Я не дарю вещи за восемь тысяч просто так!

— Не кричи, пожалуйста. Голова болит.

Я села рядом, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. Вика приезжала к нам позавчера. Мы пили чай на кухне, болтали о всякой ерунде. Она заходила в спальню… якобы попудрить носик.

— Она была у нас позавчера, — медленно произнесла я. — И заходила в нашу комнату.

— Ну и что? Она же не воровка какая-то. Это моя сестра.

— Твоя сестра взяла мою одежду без спроса!

— Откуда ты знаешь? Может, я ей разрешил взять что-то на время?

Я почувствовала, как внутри закипает возмущение.

— Ты? Разрешил? Мои вещи?

Леонид поднял руки в защитном жесте.

— Да успокойся ты! Я просто говорю, что не надо сразу обвинять человека. У Вики сейчас сложный период. Она только с Олегом разошлась, денег нет особо. Может, ей правда нужнее эти вещи?

Я онемела от его слов. «Нужнее»? Серьезно?

— То есть если у твоей сестры «сложный период», она имеет право брать мои вещи?

— Я не это имел в виду…

— А что ты имел в виду?

Леонид встал с дивана, явно раздраженный.

— Слушай, давай не раздувать из мухи слона. Позвони ей, спроси культурно. Может, она просто хотела примерить.

Click here to preview your posts with PRO themes ››

— Примерить? Она выложила фото в Интернет!

— Ну выложила. Люди разное выкладывают.

Я набрала номер Вики. Длинные гудки показались вечностью.

— Але? — голос сестры мужа звучал беззаботно.

— Вика, привет. Скажи, ты случайно не брала мою бежевую блузку?

Пауза. Я слышала, как она сглотнула.

— А-а-а… эту? Ну да, взяла. А что?

— Как «что»? Без спроса взяла мои вещи!

— Да ладно тебе, Катя. У тебя же их полный шкаф! Я думала, ты не заметишь. Мне срочно нужно было во что-то приличное одеться. На собеседование иду.

Я почувствовала, как сжимаются кулаки.

— Вика, это не твоя одежда. Ты должна была спросить разрешения.

— Ой, не будь жадиной. Ты же видишь, какая у меня ситуация. У тебя и муж нормальный, и работа, и квартира. А я вообще у родни снимаю углы. Неужели тебе жалко?

— Речь не о жадности! Ты взяла без спроса!

— Ну извини, королева. Верну, когда смогу. Или куплю новую.

— Когда вернешь?

— Да не знаю я! Когда деньги появится. Может, через месяц.

— Вика…

— Слушай, у меня дела. Потом перезвоню.

Она сбросила звонок. Я стояла с телефоном в руке, не зная, плакать или смеяться от абсурдности происходящего.

— Ну что? — спросил Леонид.

— Она взяла. Говорит, вернет, когда сможет. Может, через месяц.

Муж кивнул, как будто это была самая нормальная ситуация в мире.

— Вот видишь. Вернет же.

— Лёня, ты серьезно? Твоя сестра залезла в наш шкаф и утащила мои вещи! Это вообще нормально?

— Она не «утащила». Она взяла на время.

— Без спроса!

— Ну… она, наверное, стеснялась просить. У нее правда сейчас трудности.

Я присела на край кровати, чувствуя, как силы покидают меня.

— Значит, если у человека трудности, он может брать чужое?

— Не передергивай. Вика — семья. Семье нужно помогать.

— Помогать — это одно. А воровать — другое.

— Она не воровала! Господи, какое слово-то выбрала.

Я посмотрела на мужа и вдруг поняла: он не видит в этом проблемы. Для него это действительно мелочь, недоразумение.

— Хорошо, — медленно проговорила я. — Тогда я тоже возьму что-нибудь у твоих родителей. Например, их телевизор. Им ведь не жалко?

— Ты о чем вообще? Какой телевизор?

— Почему нет? У меня ведь «сложный период». А семье нужно помогать, верно?

Леонид нахмурился.

— Катька, не неси чушь. Это совсем другое.

— Чем другое?

— Ну… родители — это родители. А ты и Вика — вы же подруги почти.

— Мы не подруги. Мы едва общаемся.

— Но вы же нормально друг к другу относитесь!

— Относились, — поправила я. — До сегодняшнего дня.

Он тяжело вздохнул и снова потянулся к телефону. Разговор явно был для него окончен.

— Делай что хочешь. Хочешь — скандаль с ней, хочешь — забудь. Только меня не впутывай.

Click here to preview your posts with PRO themes ››

— Не впутывать? Это твоя сестра!

— И что я должен делать? Ехать к ней и отбирать блузку силой?

— Можешь хотя бы объяснить ей, что так нельзя!

— Я не буду ругаться с сестрой из-за какой-то одежды.

— «Какой-то одежды»? Леня, это несколько вещей на общую сумму больше двадцати тысяч!

Он наконец поднял на меня глаза, и в них читалось раздражение.

— Ладно, я поговорю с ней. Завтра. Сейчас устал.

Я понимала, что «завтра» растянется на неопределенный срок, но спорить больше не было сил.

На следующий день я приехала к родителям Леонида. Нужно было прояснить ситуацию, хотя бы для себя. Свекровь встретила меня радушно, как всегда.

— Катенька, заходи! Чай будешь?

— Спасибо, Галина Ивановна. Вы не знаете, где сейчас Вика?

— У себя должна быть. А что случилось?

Я коротко рассказала о пропавших вещах. Свекровь слушала, и её лицо постепенно вытягивалось.

— Господи, и зачем она так? — наконец вздохнула женщина. — Эта девочка меня до инфаркта доведет. Вечно что-то выкинет.

— То есть это не в первый раз?

Галина Ивановна смущенно отвела взгляд.

— Ну… бывало. Но обычно она у меня брала. Или у подружек просила. Я думала, с возрастом образумится.

— Ей тридцать два года.

— Вот именно. Я уж и не знаю, что с ней делать. Поговорю, конечно. Пусть вернет немедленно.

— Она говорит, что не может сейчас.

— Как это «не может»? Пусть стирает и возвращает!

Разговор со свекровью меня немного успокоил. Хоть кто-то понимал неадекватность ситуации.

Вечером позвонила Вика. Голос её дрожал от возмущения.

— Ты нажаловалась маме?!

— Я просто спросила, где тебя найти.

— Да неужели! Теперь она мне всю голову прожужжала! Говорит, немедленно верни вещи!

— И правильно говорит.

— Слушай, у меня их сейчас нет!

— Как это нет?

— Я их… подруге одолжила. Ей тоже на собеседование нужно было.

Я застыла, не веря услышанному.

— То есть ты взяла мои вещи без спроса и передала их дальше? Тоже без спроса?

— Ну да. А что такого? Она обещала через неделю вернуть.

— Вика, ты понимаешь, что творишь?

— Ой, не устраивай трагедию из-за шмоток! У тебя их еще куча!

— Это мои вещи! Мои деньги! Моё право решать, кому их одалживать!

— Да успокойся ты! Я же сказала — вернет через неделю. Потом я тебе всё отдам.

— Я хочу их вернуть сейчас!

— Сейчас не получится. Марина уехала в командировку.

— Какая еще Марина?!

— Моя подруга. Слушай, давай не будем ссориться? Я же не специально.

Она снова сбросила звонок, оставив меня наедине с клокочущим возмущением.

Леонид вернулся поздно. Я встретила его молча, но он сразу почувствовал напряжение.

— Опять она?

— Твоя сестрица передала мои вещи своей подруге.

— Что? Зачем?

— Спроси у неё. Я устала быть благотворительным фондом для твоих родственников.

Click here to preview your posts with PRO themes ››

Муж прошел на кухню, плеснул себе воды из-под крана.

— Поговорю с ней завтра. Серьезно поговорю.

— Ага, как и вчера «поговорил».

Он обернулся, и в его взгляде мелькнуло что-то новое — кажется, он наконец начал осознавать масштаб проблемы.

— Хорошо. Поеду к ней прямо сейчас.

Я не ожидала такого развития событий.

— Сейчас? Уже одиннадцать вечера.

— И что? Раз так срочно, значит, срочно.

Он действительно поехал. Вернулся через час с мрачным лицом и пакетом в руках.

— Вот. Она говорит, это всё, что у неё осталось.

В пакете лежал мой свитер — помятый, со следами косметики на вороте. Блузки и джинсов не было.

— А остальное?

— Говорит, правда у подруги. Вернет через неделю.

— Лёня…

— Я знаю. Я с ней серьезно поговорил. Она обещала больше так не делать.

— Обещала, — устало повторила я.

Через неделю вещи так и не вернулись. Подруга Вики «задержалась в командировке». Еще через неделю выяснилось, что блузка испорчена — на ней появилось невыводимое пятно. Джинсы же «потерялись где-то».

Виктория предложила «компенсировать» мне ущерб, отдав свою старую куртку.

— Она вообще почти новая! Всего два сезона носила!

Я отказалась от куртки. Вместо этого составила список пропавших вещей с указанием стоимости и отправила Вике.

— Жду возмещения в течение месяца.

— Ты серьезно? — взвилась она. — За какие-то тряпки?

— За мои вещи, которые ты присвоила.

— Я тебе предложила свою куртку!

— Мне не нужна твоя куртка. Мне нужна компенсация.

После этого она перестала отвечать на звонки. Леонид злился — на меня, на сестру, на всю ситуацию.

— Из-за одежды такой скандал устроила!

— Из-за того, что твоя родня считает допустимым брать чужое без спроса.

Спустя месяц пришла посылка. В ней лежала дешевая блузка из синтетики и записка: «Держи свою компенсацию, жадина».

Я посмотрела на блузку, потом на мужа.

— Вот такая у тебя семейка.

— А что я мог сделать? Я же говорил с ней!

— Говорить мало. Нужно ставить границы.

— Какие еще границы? Это моя сестра!

— Именно поэтому ты должен был объяснить ей, где пределы допустимого.

Мы поругались тогда крепко. В итоге Леонид всё же съездил к Вике и устроил ей настоящий разбор полетов. Она расплакалась, обвинила его в предательстве и неделю не выходила на связь.

Но деньги всё же перевела. Частями, со скрипом, но перевела.

Мы с Леонидом так и не пришли к полному взаимопониманию в этом вопросе. Он считает, что я слишком раздула конфликт. Я считаю, что научила его сестру уважать чужие границы.

Теперь, когда Виктория приезжает в гости, я прячу все ценные вещи. Не из жадности — из здорового инстинкта самосохранения.

А на двери спальни повесила табличку: «Чужое брать нельзя. Даже если очень нужно».

Леонид хмыкнул, увидев её, но снимать не стал.