Десять лет муж содержал свою сестру и племянницу. Когда он снова взял её в отпуск, я не выдержала

Я стояла на кухне и смотрела, как Алексей складывает вещи в чемодан. Движения размеренные, привычные. Будто собирается в очередную командировку, а не в отпуск. Наш отпуск. Семейный.

— Ты опять берёшь Аню с собой? — голос прозвучал ровнее, чем я ожидала.

Алексей обернулся, на лице удивление.

— Ну конечно. А что такого?

Я сжала край стола. Дерево холодное под пальцами, приятное. Жёлтый свет лампы резал глаза.

— А обо мне ты подумал? Ты отдыхать будешь, на солнышке нежиться, а я что? Я опять должна бегать повсюду за твоей племянницей?

— Марин, ну о чём ты говоришь? — он отложил рубашку, повернулся ко мне полностью. — Анечка взрослая девочка, ей уже шестнадцать…

— Вот именно поэтому! — слова полетели быстро, один за другим, будто прорвало. — Как бы эта «взрослая» куда не влипла, с её-то талантом! Взрослая она…

— Ну а что ты предлагаешь делать? — Алексей накрутил прядь волос на палец, как всегда, когда не понимал. — Отказать сестре? Лишить единственную племянницу отдыха, который она так ждала?

Единственную племянницу. А собственная дочь что, не считается?

Я отпустила стол, разогнула пальцы. На коже остались белые следы.

— Леш, я уже не знаю, как объяснить. Мы с Наташей планировали этот отпуск. Втроём. Нормальной семьёй.

— Мы и есть нормальная семья, — он снова взялся за чемодан. — Просто чуть больше обычной.

Я развернулась и вышла из кухни. В коридоре пахло чем-то затхлым, будто давно не проветривали. Хотя окно открыто всегда.

Чуть больше. Да уж.

В спальне легла на кровать, не раздеваясь. Мягкое бельё приятно к щеке. Закрыла глаза, но сон не шёл.

Почему он так трясётся над Ириной? Да, развелась, но уже десять лет прошло! Михаил исчез, не платит ничего — ну так бывает. Не единственный случай на планете.

Тогда, десять лет назад, все кинулись помогать. Свекровь сидела с маленькой Анечкой, пока Ирина бегала по садам. Алексей выбивал льготы, носился по инстанциям. Я молчала. Понимала — сестре тяжело, надо поддержать.

Но сколько можно?

Прошло столько времени. У нас своя дочь растёт. А что в итоге? Ирина так и не научилась с Аней обращаться. Сначала боялась к малышке подходить — бабушка всё делала. Потом заявила, что она человек творческий, ей бытовые вопросы чужды.

Дизайн — это искусство, да? Вот она вся в нём. С головой. А дочь… а что дочь? Ей уже не год, сама справится.

Я перевернулась на спину, уставилась в потолок. Где-то в углу трещина, давно собиралась замазать.

Click here to preview your posts with PRO themes ››

А Наташа что? Своего отца почти не видит. Потому что дядя Лёша вечно помогает Ане куда-то доехать, что-то решить, купить. Даже в школу племянницу водил, на все кружки таскал, оплачивал сам.

Куда бы мы ни планировали пойти — Аню брали с собой. Всегда. Даже не обсуждалось. «Анечка одна растёт, надо заботиться о ней».

А потом выяснилось, что Ирина зарабатывает очень даже неплохо. Но все продолжали «входить в положение». Ведь мама одна дитя растит!

Только с «дитем» постоянно бабушка или мы. А сама Ирина руки заламывает, если услышит упрёк.

Я села на кровати, потёрла лицо ладонями. Кожа горячая.

Она и не скрывает. Ей весь мир должен помогать. И никак иначе.

На работе я как-то не выдержала, рассказала девочкам. Надя слушала, кивала, потом спросила:

— Ну так скажи мужу прямо. Пусть прекратит содержать сестру и племянницу.

— Я говорю. Не слышит никто. Надо помогать — и всё тут.

— А что, совсем никак?

Я тогда замолчала, потом выпалила:

— Мы даже второго ребёнка из-за Анечки завести не смогли.

— Как это?

— Костя сказал: раньше думали, что Наташе братик или сестричка нужны. А потом стало ясно, что на нас Анечка, что мы за неё в ответе. Вот вырастет она — можно подумать.

— Так уже выросла же…

— Оказывается, нет. А нам уже поздно теперь. Всё, поезд ушёл.

Надя тогда только головой покачала.

Но самое интересное началось перед прошлым отпуском. Мы планировали поездку давно. Ирина привыкла, что брат всегда берёт её дочку к морю. Сама не ездила — ссылалась на непереносимость климата.

Зато каждую зиму за границу летает. Одна. Без капризного ребёнка.

Аня море обожала. Маленькой была — ещё слушалась, побаивалась меня злить. Да и Алексей детьми на отдыхе занимался сам. Но с каждым годом девочка всё больше отбивалась от рук.

В тот раз Аня снова поехала с нами. Ныла постоянно: не хочу туда, не хочу это, не буду с вами сидеть.

В номере с ней некому было оставаться, она ушла в город. Одна. Вернулась странная: то улыбается невпопад, то вздыхает.

Всё стало понятно, когда мы застали её целующейся с каким-то парнем. Явно старше, чем она.

Алексей кинулся разбираться, тот сбежал. Аня устроила истерику: «Вы всё испортили, я люблю его, а он меня! Ненавижу всех!»

Остаток отпуска караулили её. Она рвалась к своему Ромео, а мы дежурили по очереди.

Click here to preview your posts with PRO themes ››

Дома нас ждал звонок Ирины. Она орала на чём свет стоит: испортили девочке отдых, запретили выходить из номера.

На следующий день подключилась свекровь. Недоумевала, по какой причине сын вдруг стал таким жестоким.

Сначала вся ругань шла на меня. Злая, ребёнка ненавижу. Но когда стало известно, что и Алексей не остался в стороне… Тут разгорелось.

Мы с мужем разругались впервые за все годы. По-настоящему.

Он вяло возражал:

— Ребёнок не виноват. Маме некогда, зарабатывает на жизнь. Даже в отдыхе себе отказывает.

И тут меня прорвало.

— Ты не в курсе, что твоя сестрица каждую зиму летает за границу? Да, с дочкой ей возиться неохота. Зачем? Есть мамуля и братик. А отдыхать одной без капризного ребёнка — самое то!

Алексей смотрел на меня так, будто видел впервые.

— А что было бы, если бы мы того парня не увидели? — я говорила быстро, слова сыпались сами. — Нас обвинили бы, что недосмотрели? В суд подали? Короче, не знаю, надоело всё.

Я опустилась на стул, вдруг почувствовала страшную усталость.

— Ты всё равно остался бы хорошим, просто замечательным. А я снова монстр. И так нехорошо, и так плохо. Не знаю. Всё. Точка. Только вот что скажу: больше Аня с нами не поедет никуда. И вообще, видеть её у нас не желаю. Хватит. Благодарность получили.

На работе девочки ахнули, когда увидели меня после того отпуска.

— На тебе воду возили, что ли? Или землю пахали? Это что за отдых был? Да на тебе лица нет, под глазами синяки какие!

Я только рукой махнула. Не говорить же, что каждый день выслушиваю обвинения. Что испортила девочке всё лето.

Аня влюбилась не на шутку, а её предмет обожания слился. Зачем ему сдалась проблемная туристка? К тому же несовершеннолетняя. Правда, Аня считала себя самой умной, когда заявляла, что ей уже восемнадцать. Но кавалер сообразил, почему так разошёлся родственник. Номер Ани оказался в чёрном списке.

Прошёл почти год. Мы с Наташей планировали новый отпуск. Я тщательно выбирала место, смотрела отзывы, бронировала номер. Втроём. Нормальной семьёй.

А за две недели до поездки Алексей сообщил, что дал согласие взять Аню. Снова. Не спросив меня, естественно.

— Надо же девочке компенсировать испорченное лето, — сказал он таким тоном, будто речь о чём-то само собой разумеющемся.

Я стояла на кухне и смотрела на него. Жёлтый свет лампы резал глаза. В горле першило.

Либо быть терпилой, и всё повторится вновь. Либо послать всю эту компанию.

Click here to preview your posts with PRO themes ››

Я думала недолго. Через неделю отправилась в ЗАГС.

Шла по улице, солнце светило в лицо. Ноги несли сами, будто знали дорогу. У входа остановилась, посмотрела на вывеску.

Вот и всё.

Внутри пахло бумагой и чем-то казённым. Металлический стол холодный под руками. Девушка за окошком протянула бланк.

— Заполните, пожалуйста.

Я взяла ручку. Писала медленно, выводя каждую букву. Фамилия, имя, отчество. Дата рождения. Адрес.

Дверь скрипнула. Алексей. Он успел.

— Подожди, — подошёл ближе. — Подумай ещё раз…

Я подняла голову, посмотрела на него. Прямо в глаза.

— Я решила.

Поставила подпись. Ручка выскользнула из пальцев, упала на стол. Звук резкий, громкий в тишине.

Точка невозврата.

Дома начался шквал. Ирина названивала каждый час, орала в трубку. Свекровь приехала, устроила разбор полётов прямо на кухне.

— Как ты могла так поступить? — голос дрожал от возмущения. — Ты разрушила семью!

Ирина подхватила:

— Ты монстр! Ты всё испортила! Из-за тебя Анечка страдает!

Я сидела за столом, руки лежали на коленях. Смотрела на них спокойно, не отводя взгляда.

— Я сделала то, что должна была сделать. Ради себя.

— Ради себя? — свекровь всплеснула руками. — А о семье ты подумала?

— Думала. Долго. Десять лет думала.

Голос звучал ровно, без дрожи. Будто говорила не я, а кто-то другой. Кто-то спокойный и уверенный.

Алексей молчал, стоял у окна, спиной ко всем.

Они ушли поздно вечером. Дверь хлопнула, эхо пронеслось по коридору.

Я осталась одна.

Прошло несколько дней. Тишина в квартире непривычная, почти звенящая. Я сидела на кухне с чашкой чая. Мягкий свет настольной лампы, аромат мяты.

Вот и всё. Закончилось.

Плечи расслабились, будто сняли тяжёлый груз. Руки обхватили тёплую чашку.

Я выбрала себя. Наконец-то.

Страшно? Да. Одиноко? Тоже да. Но впервые за долгие годы я чувствовала, что дышу полной грудью.

Больше никто не будет решать за меня. Больше никто не будет игнорировать моё мнение.

Я отпила глоток чая. Горячо, приятно.

Дальше будет по-другому. Как именно — не знаю. Но это будет моя жизнь. Моя.

За окном темнело. Город зажигал огни. Я смотрела на них и думала, что завтра начнётся новый день. Первый день моей новой жизни.

Без Ани. Без Ирины. Без Алексея, который никогда меня не слышал.

Улыбнулась. Совсем чуть-чуть, еле заметно.

Я справлюсь. Обязательно справлюсь.

А вы бы смогли на моём месте так поступить?
Поделитесь в комментариях, интересно узнать ваше мнение!
Поставьте лайк, если было интересно.